Пределы влияния «Потопа» на Авраамовы соглашения в свете концепции «мира через силу»

Автор: проф. д-р инж. Хеба Гамаль ад-Дин
Доцент Национального института планирования (Египет), заведующая кафедрой футурологических исследований, эксперт по израильским делам

Краткое резюме

В статье выдвигается гипотеза: война в Газе не остановила Авраамовы соглашения, а ускорила региональную перестройку по логике «мира через силу». Анализируется превращение соглашений из дипломатической нормализации в рамку для сотрудничества в сфере безопасности, экономики и технологий при игнорировании палестинского вопроса. Критикуется использование религиозного дискурса («авраамические религии»), которое лишает конфликт политического содержания и наделяет сионистов статусом «коренных народов». Соглашения увязываются с проектом Индийско-ближневосточного коридора (IMEC), укрепляющим положение Израиля как регионального связующего звена. Работа завершается вопросами о легитимности определения границ Израиля и призывом пересмотреть соглашения в свете исторических планов и стратегических карт.

Введение

Война в Газе положила начало волне геополитических изменений в регионе. Её рамки не ограничились Газой и не закончились подписанием соглашений: она продолжается, чтобы достичь более масштабной и глубокой цели — перекроить региональный баланс сил и создать новую реальность, закрепляющую сионистскую гегемонию в регионе, но уже под «авраамическим» флагом. Кто-то может не согласиться с этим тезисом: война вызвала общественное и международное неприятие политики геноцида, которую проводил Израиль, а Авраамовы соглашения так и не были завершены и не получили развития. Поэтому поставим ряд ключевых вопросов:

• Остаётся ли «авраамизм» в стороне от Газы? Разве Израиль не предложил для сектора авраамическую формулу?
• Разве не обсуждалось в этот период присоединение Ливана к Авраамовым соглашениям?
• Не использовался ли отказ Саудовской Аравии от соглашений в политических шахматах, чтобы обойти этот отказ через другие, закулисные каналы — такие как Индийский экономический коридор или война в Йемене 2026 года, где США отказались поддержать королевство, а Израиль такую поддержку предложил? И почему он сделал это предложение?
• Израиль не присоединился к рамочному соглашению об Индийском экономическом коридоре, хотя является одной из опор, предложенных США и Индией. Что это значит с учётом присоединения королевства к рамочному соглашению и каковы цели проекта?
• Имеет ли иранская война значение для авраамического проекта? Что ждёт Иран, если американо-сионистские заявления о падении режима осуществятся?
• Закончилась ли народная нормализация и израильский план построения «заместительной» авраамической идентичности, через которую распространяются иллюзии пресловутого авраамического мира?
• Изменят ли израильские выборы, запланированные на октябрь 2026 года, контуры авраамического проекта или помогут его завершить? Предлагает ли Гади Айзенкот, главный соперник Биньямина Нетаньяху, иной подход или это лишь другое лицо с иными оттенками?

Из этих вопросов вытекает главная проблема статьи: действительно ли авраамический проект умер, или Газа — лишь подготовка политической географии проекта с новыми горизонтами и иной реальностью, где на региональной арене распространится теория политического домино?

Попробуем разгадать эти загадки и погрузиться в географию авраамических политических шахмат в регионе.

Первое. Предпосылки народного принятия «авраамической общности»

С начала войны в Газе в арабской и исламской действительности наблюдается множество сцен, совпадающих с предпосылками народного принятия «авраамической общности», на которую делают ставку идеологи авраамизма из сионистско-американской системы. Основные из них:

• Внутренние конфликты между последователями одной религии и внутри религиозных общин. Эти конфликты принимают разные формы: события в Ливане — между шиитами, которые сегодня представляют ось сопротивления, отвергающую рамочное соглашение с сионистским образованием при американском посредничестве, и сторонниками премьер-министра суннита Навафа Салама и президента-маронита Ауна; столкновение хуситов с Саудовской Аравией и попытки истолковать его как суннитско-шиитский конфликт; противостояние алавитов в Сирии и сторонников президента Ахмада аш-Шараа, суннита. Это попытка внушить разочарование в религиозных разногласиях и поиск духовной общности, которая отодвинет религиозные и мазхабные противоречия, — тогда «авраамическая общность» выступает как путь к принятию, как заменяющая религиозная идентичность для этих конфликтов, и сионисты с американцами используют это, чтобы продвигать принятие мнимой общности.
• Религиозный терроризм. Сюда относятся «Исламское государство» (ИГИЛ) и исламистские движения, а также трактовка сопротивляющейся роли «Хезболлы», ХАМАС и оси сопротивления как терроризма — на фоне безудержной сионистской разрушительной машины и сопровождающего её медиаарсенала, который описывает сопротивление как источник разрушения и терроризма. Вооружённые формирования, распространённые в большинстве арабских стран, служат предлогом для разрушения арабских государств со стороны США и Израиля, чему способствовало признание США многих таких сил террористическими через принятие американских законов — основание для конфискации средств и введения санкций против государств. Выходом предлагается принятие духовной общности против сил религиозного фанатизма, к которым причисляется политический ислам, называемый американо-сионистами экстремизмом. «Авраамическая общность» подаётся как путь к миру и снятию экономических санкций — как в случае Ирана и ожидающих его «соглашений Кира», предложенных Трампом и Резой Пехлеви как продолжение Авраамовых соглашений, но с опорой на историческую персидскую поддержку евреев, как они утверждают.
• Миграция, народы, мечтающие о лучшем, и провал национальных государств. Многие сцены отражают недовольство арабских и исламских народов своими правительствами: народные демонстрации в Иране перед иранско-израильско-американской войной; миграция марокканской молодёжи через Сеуту и Мелилью как знак неприятия политики марокканского национального государства и свидетельство провала его институтов. Та же картина во многих арабских странах, например в Ливане, правительства которого не справились с экономическими и политическими кризисами и не смогли обеспечить минимум условий жизни. Все эти сцены становятся входом для свержения арабских режимов и их расшатывания, для подъёма параллельных протестных дискурсов, поддерживающих сектантство, национализм и права меньшинств, требующих раздела и объявляющих о смерти национальных государств.
• Война, представленная как религиозная. Религиозный дискурс — тот инструмент, на котором Биньямин Нетаньяху «ехал» с начала войны в Газе, описывая её в религиозных терминах и утверждая, что ведёт священную войну против сил зла. Это попытка перестроить конфликт из структурного в «бытийный», так что не остаётся места разговорам о праве, земле, истории и правах человека. Конфликт лишается сути и клеймится расистско-религиозными обвинениями, а решением становится религиозная духовная общность как оправдание авраамического религиозного мира, который даёт «коренным народам» — законным владельцам — право на политическую карту, а сионистов делает обладателями права вместо всех остальных.

Второе. Авраамовы соглашения и налагаемые ими обязательства

Чтение Авраамовых соглашений показывает, что путь нормализации превратился из двустороннего дипломатического соглашения в более широкую рамку реорганизации региональных взаимодействий — через сочетание сотрудничества в сфере безопасности, экономики, технологий и общества, при американском участии в построении стратегической программы для Ближнего Востока. Эта трансформация важна аналитически, поскольку соглашения не сделали палестинский вопрос предметом детального урегулирования: они ограничились общим подтверждением стремления к справедливому и прочному решению, без чёткого рассмотрения вопросов палестинского государства, поселений или условий окончательного урегулирования. Зато их тексты расширены в области общественной нормализации, экономического и технологического сотрудничества, энергетики, воды, связи и цифровой торговли. Это означает, что перестройка региональных отношений во многом оформлена вокруг логики функциональной интеграции и взаимных интересов, а не исключительно палестинского урегулирования. Кроме того, использование понятия «авраамические религии» при составлении соглашений добавляет идентичностный и культурный измерение к процессу переформатирования отношений, что позволяет анализировать нормализацию не только как политический путь, но и как процесс воспроизводства новых форм взаимодействия и социального принятия внутри региона. Стратегическое значение этого пути становится яснее при его увязке с последующим развитием трансрегиональных сетей сотрудничества, особенно с вхождением Индии в четырёхсторонний формат (Индия, США, ОАЭ и Израиль), где сотрудничество связано с экономическими, технологическими и инфраструктурными интересами, выходящими за рамки непосредственно ближневосточного контекста. С этой точки зрения соглашения можно рассматривать как одну из подготовительных рамок построения сети политических, экономических и технологических связей, вновь соединяющей Залив с восточным Средиземноморьем, а затем с Азией и Европой — черта, функционально пересекающаяся с логикой современных экономических коридоров. Наиболее опасные положения соглашения, реализованные в последнее время даже на фоне геноцида и его осуждения Эмиратами, представлены в таблице № 1.

Таблица № 1. Наиболее значимые положения Авраамовых соглашений, реализацию которых мы наблюдали во время войны на уничтожение и после неё

Источник: таблица составлена исследователем на основе материала «Аш-Шарк» «Полный текст документов соглашений ОАЭ, Бахрейна и Израиля», asharq.com, дата доступа — 19 февраля 2022 г.

Эти положения были задействованы: экономическое сотрудничество помогло ОАЭ и Бахрейну обеспечивать Израиль необходимыми товарами и облегчать их движение независимо от каких-либо препятствий, даже в условиях геноцида, как будет показано ниже. К этому добавляется Индийский экономический коридор, где ОАЭ — одна из стран-основательниц и важных узловых точек (об этом ниже). Коридор держится не только на транспортной и энергетической инфраструктуре; ему нужна политическая и институциональная среда, позволяющая связать множество стран, портов и рынков в единую сеть. Поэтому Авраамовы соглашения можно анализировать как часть предшествующей или параллельной политико-институциональной основы, которая помогает объяснить возможность формирования некоторых звеньев IMEC — без допущения, что сами соглашения являются экономическим проектом коридора или были прямо задуманы для его реализации.

Третье. Газа и её мнимое будущее, спланированное десятилетия назад

Все мирные попытки международных сил были сорваны Израилем, который ссылался то на разоружение сопротивления, то на сохраняющуюся угрозу безопасности Израиля; сионистских отговорок множество, и запас их полон. Единственная формула будущего Газы, выдвигаемая сионистским правительством, — план «Газа-2035», пересекающийся с другими международными проектами, такими как план «Новая Газа» или американские предложения: Израиль делает основной упор на аспекты безопасности и военные вопросы и выдвигает жёсткие предварительные условия для любой реконструкции. Сионистское видение выступает под названием «План Израиля для Газы-2035: план оживления экономики Газы» и требует гарантий распространения израильского влияния на сектор. Объявлено о развитии и инвестировании в Газу с целью обеспечить доступ к портам при условии нормализации с Саудовской Аравией, а также об изменении народной идентичности сектора через присоединение на заключительном этапе плана к Авраамовым соглашениям. Более того, план подтверждает, что тот же сценарий в случае успеха будет повторён в Ливане (несмотря на рамочное соглашение между ливанским и израильским правительствами 2026 года), Йемене и Сирии. Хотя в июле 2026 года Совет мира обнародовал документ «Пятнадцать принципов для Газы» и ХАМАС принял его (он включал разоружение ХАМАС), Израиль отклонил его 11 августа 2026 года, что можно объяснить желанием реализовать собственное предложение — план «Газа-2035».

Премьер-министр Биньямин Нетаньяху заявил, что план нацелен — с израильской точки зрения — на достижение прочного мира и реинтеграцию Газы в региональную экономику за счёт масштабных инвестиций в инфраструктуру и экономику. Карта № 1 показывает инвестиционные проекты в Газе согласно плану 2035.

На карте видны порты, заводы, нефтяные и газовые месторождения в секторе Газа; пункты плана развития Газы-2035 приводятся в отдельной таблице. План возлагает на арабские страны и страны Залива (Саудовскую Аравию, ОАЭ, Египет, Бахрейн, Иорданию и Марокко) создание арабской коалиции, которая возьмёт на себя распределение гуманитарной помощи и надзор за ней. Коалиция создаст многостороннюю структуру — «Орган восстановления Газы» — для надзора за реконструкцией и управления финансами сектора. Кроме того, предусмотрены беспрепятственный доступ к портам Газы на Средиземном море по железным дорогам и трубопроводам, участие в оборонных соглашениях с США, нормализация с Саудовской Аравией, полное и самостоятельное управление Газой с участием палестинцев и присоединение к Авраамовым соглашениям. План также гласит, что при успехе этого вмешательства в Газе его можно повторить в Йемене, Сирии и Ливане как формулу контроля, господства и распространения «авраамического» влияния. Стоит отметить, что этот замысел не нов: ещё в 1996 году правительство Израиля во главе с Нетаньяху выпустило план развития Газы через проекты региональной связности, включавший строительство портов, аэропортов, газовых и нефтяных терминалов, как показано на карте № 2; он близок к карте плана «Газа-2035».

В свете этой карты возникают вопросы:

• Как Израиль мог в 1996 году составлять такие планы при палестинском контроле над густонаселённым сектором Газа и сопутствующих проблемах высокой плотности населения?
• Почему сионистский план «Газа-2035» так похож на план, написанный в 1996 году?
• Была ли война в Газе возможностью подготовить почву для этого проекта? Была ли она спланирована сионистами?
• Почему обе карты выдвигаются в период первого и шестого сроков Нетаньяху? Связан ли Нетаньяху с таким замыслом?

Возможно, это вопросы без ответов, но их нужно перечитать в свете этих карт, которые можно дополнить картой № 3.

Эта карта показывает, что Газу планировали сделать международным коридором в сети коридоров региональной торговой связности. Это порождает более глубокий вопрос: как Газа может стать международным коридором иначе, чем через опустошение от населения, ликвидацию вопроса в целом и открытие возможности для нового формирования географии? Не был ли подъём ХАМАС и его победа на выборах 2007 года частью плана? Не были ли ликвидация шейха Ахмада Ясина в марте 2004 года и доктора Абдель Азиза ар-Рантиси в апреле 2004 года частью плана — в том же году, когда в ноябре 2004 года умер президент Ясир Арафат? Не было ли целью избавиться от исторических лидеров, чтобы пришли другие силы, менее опытные, раздираемые разногласиями и конфликтами, которыми можно манипулировать, чтобы изменить региональную реальность и превратить этот замысел в свершившийся факт?

Четвёртое. Война в Ливане, рамочное соглашение и дыхание «авраамизма»

С эскалацией военного противостояния между Израилем и Ираном последствия конфликта вышли за рамки его непосредственных сторон и затронули ряд стран региона. Ливан оказался одним из наиболее пострадавших — в силу географического положения и переплетения его положения в сфере безопасности с региональными событиями, а также продолжающихся столкновений между Израилем и «Хезболлой» на южной границе. Военные операции привели к разрушению или эвакуации десятков южных деревень и росту числа перемещённых лиц. К этому добавилось расширение военного присутствия Израиля за пределы традиционно спорных территорий, таких как фермы Шебаа и холмы Кфаршуба, на дополнительные ливанские районы. В экономике война негативно сказалась на ряде жизненно важных секторов, что вызвало рост транспортных и страховых расходов, задержки поставок импорта, а это отразилось на ценах и цепочках поставок. Рост мировых цен на нефть повысил цены на топливо внутри Ливана.

Всё это привело к подписанию правительством Ливана рамочного соглашения между Ливаном и Израилем, предусматривающего поэтапный вывод войск при условии разоружения «Хезболлы», а также обязательство ливанского государства распространить полный суверенитет на свою территорию и сосредоточить применение силы в руках государственных институтов. Соглашение также рассматривается как подготовительный шаг, открывающий путь к нормализации отношений между сторонами, с возможностью будущего присоединения Ливана к Авраамовым соглашениям при выполнении необходимых условий безопасности и политических условий. Авраамовы соглашения упомянуты как венец этого соглашения. Таким образом, при легитимации сохранения оккупации через правительство, не контролирующее ливанское сопротивление и не имеющее гарантий с сионистской стороны, Авраамовы соглашения маячат на горизонте, а план «Газа-2035» выдвигается как проект, готовящийся для Ливана, а затем для Сирии, как сказано выше.

Пятое. Индийский экономический коридор, проекты связности и политические шахматы вокруг нормализации с Королевством

«Авраамическая общность» подготавливает почву для федеративного союза, который может начаться как конфедерация и перейти к федерации во главе с Израилем, с Иерусалимом как «авраамической столицей» союза. Этот союз строится на проектах экономической связности, ведущих к Израилю, что позволяет ему превратиться в глобальный экономический центр, как мечтал Шимон Перес в книге «Новый Ближний Восток». Эти идеи повторил и Гади Айзенкот в своей политической программе на выборах октября 2026 года: он подчеркнул превращение Израиля в великую региональную державу, где евреи составляют правящее большинство; превращение Израиля в большинство при малочисленности евреев на фоне арабских стран, население которых приближается к ста миллионам человек, невозможно иначе, чем через раздробление этих стран на мелкие государства. Вернёмся к коридору: его рамочное соглашение подписано в 2023 году — в том же году, когда началась война на уничтожение, и, возможно, это не простое совпадение. Это один из самых заметных проектов связности, соединяющий ряд стран Аравийского полуострова с Израилем при поддержке Индии, где правит индуистская националистическая партия, поддерживающая Израиль и исповедующая идеологию хиндутвы. Израиль становится осевой точкой связи между Аравийским полуостровом и Европой через порт Хайфа и порт Пирей в Греции. В сентябре 2023 года Индия, Израиль, ОАЭ и США запустили так называемое партнёрство I2U2, сосредоточенное на передовых технологиях и продовольственной безопасности и считающееся одним из главных дипломатических инструментов Индийского экономического коридора. Экспериментальный вариант коридора был применён во время войны на уничтожение в Газе: создан новый наземный торговый путь между ОАЭ и Израилем через Саудовскую Аравию и Иорданию, позволивший израильским компаниям обойти Красное море и избежать атак «Ансар Аллах» в Йемене на суда, идущие в Израиль, и получать товары во время войны. Наземный продовольственный коридор от ОАЭ и Бахрейна к Израилю стал политическими шахматами, сочетающими:

• соблюдение ОАЭ и Бахрейном положений Авраамова соглашения;
• соблюдение Саудовской Аравией положений рамочного соглашения об Индийском экономическом коридоре, подписанного за несколько недель до событий 7 октября 2023 года.

Это стало двойным обязательством, с помощью которого Израиль был защищён от рисков голода, наложенного им на гражданских в Газе, а Саудовская Аравия вынуждена соблюдать обязательства Авраамовых соглашений, подписанных некоторыми странами Персидского залива с сионистским образованием, под зонтиком Индийского экономического коридора.

Отсюда можно сказать: несмотря на отказ королевства от нормализации с сионистским образованием и от присоединения к проекту Индийского экономического коридора, оно присоединилось к рамочному соглашению о коридоре, и по его территории в экспериментальном режиме прошёл маршрут во время войны на уничтожение. Так начинается уравнение политических шахмат Авраамовых соглашений и их политических устройств в регионе. Поэтому во время йеменской войны с хуситами 2026 года Израиль предложил королевству вмешаться, чтобы поддержать его в рамках СЕНТКОМ (Центрального командования США), чтобы война стала входом к Авраамовым соглашениям, которые являются одним из дипломатических инструментов, принятых Индийским экономическим коридором.

Шестое. Риски присоединения Королевства к Авраамовым соглашениям

Кто-то полагает, что присоединение Саудовской Аравии к Авраамовым соглашениям принесёт региону стабильность, но это ограниченное представление: у сионистов более опасные амбиции в отношении возможностей и ресурсов королевства:

• амбиции на саудовские энергоресурсы;
• утверждение о «скитании» в районе Джабаль-эль-Лоз с целью сфальсифицировать историческое право на Джабаль-эль-Лоз и район Неом;
• утверждение, что евреи имеют право на Мекку, как пытался фальшиво обосновать офицер «Моссада» Эфи Липкин в книге «Возвращение в Мекку»;
• стремление взять под контроль Заповедные мечети в Мекке и Медине — после суннитско-шиитского конфликта и столкновений в самих святынях, затем их интернационализация под западно-сионистским руководством; со временем останется лишь Израиль, западные государства выйдут, и Израиль разрушит Каабу (не дай Бог), а ислам падёт с падением пятого столпа после разрушения Благородной Каабы. Именно это обосновывает радикальный сионист Эфи Липкин в книге «Возвращение в Мекку» и в целях политической партии в Израиле под названием Bible Bloc.

Именно использования этого опасаются после йеменской войны 2026 года; поэтому Израиль поддерживает войну и желает предложить помощь — при том, что всё произошедшее в регионе в целом имеет основой иранский удар в ответ на сионистско-американскую агрессию.

Происходящее — попытка втянуть королевство в Авраамовы соглашения, признающие право «коренных народов» на землю, не говоря уже об очернении репутации королевства, служителя двух священных мечетей, вступлением в соглашения, провозглашающие «авраамическую общность», далёкую от ислама и закладывающую иные культы и законы; не говоря и о разжигании этнических и сектантских конфликтов в королевстве как подготовке к его разделу (не дай Бог), как предлагает American Enterprise Institute на картах региона в целом под названием «новый Сайкс–Пико». Мы стоим перед крайне опасным планом, в котором сионисты манипулируют арабской стабильностью ради служения иллюзии «Великого Израиля», что требует предотвращения смут, единства и внимания к сионистско-американским планам для региона.

Заключение

Из сказанного ясно, что события в Газе и последовавшие за ними напряжённость и радикальные изменения в регионе подготавливают распространение «авраамической общности» и вхождение в круг Авраамовых соглашений ради создания региональных перемен — о чём Нетаньяху неоднократно заявлял через колониальные карты, отражающие иллюзию «Великого Израиля». Война в Газе не привела к срыву пути Авраамовых соглашений, а стала ускоряющим фактором перестройки региональной системы по логике «мира через силу»: соглашения превратились из двусторонних нормализационных договорённостей в более широкую рамку реорганизации региональных взаимодействий в сферах безопасности, экономики и технологий при почти полном вытеснении палестинского вопроса из сути урегулирования. Анализ выявил значимое совпадение плана «Газа-2035» с израильскими планами 1996 года, что делает вероятным наличие предварительного стратегического замысла использовать войну для реализации более широкого колониального проекта, нацеленного на изменение демографической и географической структуры сектора. Работа также показала использование религиозного и авраамического дискурса для лишения конфликта политического содержания и наделения Израиля идентичностной легитимностью как «коренного народа», что функционально пересекается с проектом Индийско-ближневосточного коридора (IMEC), закрепляющим место Израиля как регионального связующего звена. Исходя из этого, статья рекомендует перечитать Авраамовы соглашения в свете исторических планов и стратегических карт, а не как сиюминутные политические события; раскрыть их колониальное измерение; предупредить об опасности тиражирования «газского образца» в других странах; потребовать всестороннего пересмотра их положений и увязки их с прекращением оккупации и созданием палестинского государства; поддержать стойкость народов, отвергающих проекты нормализации и принуждения, и работать над региональными альтернативами, основанными на правах и справедливости.

Основной выход видится в следующем: отказ от так называемого «авраамизма», прекращение сектантского и этнического конфликта, переопределение врага и источника опасности и угрозы, требование к Израилю официально определить свои границы — особенно на фоне возобновления сионистских течений и движений, говорящих о сионистской мечте о «Великом Израиле», и рассуждений ряда американских аналитических центров о пересмотре границ, а также идеи «авраамического федеративного государства» и заявления американского кандидата Дональда Трампа о необходимости расширить карту Израиля. Здесь встаёт вопрос: могут ли королевство и страны, потенциально подписывающие соглашения с Израилем в рамках Авраамовых соглашений, потребовать от Израиля официально определить границы — и в какой рамке: границы 1967 года, 1948-го, 2000-го, 2023-го или какие-либо иные?

Необходимо осознавать, что происходящее сейчас в регионе — лишь подготовка к политическому изменению региона для реализации «авраамического» проекта иными, переплетающимися механизмами, навязывающими колониально-поселенческую реальность.